Spiridonov.ru

Так сложилось, что несколько лет я провел за границей. По большей части в Германии. Сперва это было любопытство, затем казалось, что судьба… но Родина затянула назад, и вот последние полгода я все больше нахожусь в России. Причем это уже не периодические визиты — повидаться с приятелями. Это постоянная производственная необходимость.

Я на себе проверил и могу подтвердить утверждение многих финансовых аналитиков о том, что настоящий бизнес сейчас нужно делать не в Европе и Америке, а в России, Индии или Китае. В две последние страны меня пока не заносило, а вот сравнить Германию и Россию — образ мысли, социальное устройство, нравы людей и отношение к бизнесу — удалось.

Это несколько не по теме статьи, но вспомнилось — один мой знакомый любит говорить: «…те нетоптанные тропинки, что в России еще только обнаруживают и начинают осваивать, в Германии давно превращены в автобаны с налаженным движением…». Иными словами, строго между нами, делать бизнес в России сейчас проще, потенциально доходнее и интереснее, чем в развитых странах. Хотя и… куда менее безопасно — свой отпечаток накладывает непредсказуемость и дикость законодательства и чиновников… э-э-э… я хотел сказать — тех самых «нетоптанных тропинок», конечно…

Но речь сейчас не об этом. Когда через несколько лет постоянной жизни за границей (не как турист, а как обычный гражданин) начинаешь понимать местную речь, логику поведения соседей и разбираться в графике забора с твоей улицы (обязательно сортированного!) мусора, меняется отношение к окружающей действительности. Не становясь, конечно, коренным жителем, начинаешь понимать аборигенов страны проживания все больше и больше. И тут нет-нет, да и бросится в глаза то, что стало причиной написания этой статьи — образ россиянина или, как говорят здесь, «русского» в Европе.

Надо сказать, что, к сожалению, образ «русского» давно не был привлекательным для европейцев. До конца восьмидесятых годов прошлого века, прежде всего, это был образ врага — злого, голодного, глуповатого, выносливого, как животное.

После развала Советского Союза этот образ мог бы быть изменен. И это был шанс для российских политических имиджмейкеров. Но в начале девяностых годов правительству было совсем не до этого — развал страны и плановой экономики, финансовый кризис, повальное воровство в верхах, беспомощность и непрофессионализм власти… В эти годы и были сформированы новые образы «русских». Теперь их стало два: — «новый русский» — троглодито-подобный, увешанный золотыми цепями, сорящий деньгами неряшливо-сальный урод-нувориш

и… — плохо одетый, серолицый, мрачный, часто неумный и малообразованный, но готовый тупо пахать за копейки на любой работе приехавший на заработки «чернорабочий».

В те годы эти две категории граждан хлынули в Германию, Испанию, Португалию, Францию и другие страны, чтобы «людей посмотреть и себя показать». Увидели, думаю, немного, поскольку попросту почти нет ни среди тех, ни среди других людей любознательных и интересующихся чем-либо, кроме денег и собственного комфорта.

Показали себя — несомненно… При этом — что за «удача» — русскими для европейца являются далеко не только россияне, но и украинцы, белорусы, молдаване и, нередко, казахи, узбеки, таджики, туркмены и т.п. и т.п. В общем, все, кто говорит по-русски или на языке, похожем на русский, с точки зрения европейца.

При этом нельзя сказать, что «русских» в Европе презирают. Нет. По крайней мере, это никогда не показывается явно. Европейцы, а особенно немцы, проигравшие Вторую мировую войну и получившие таким образом «прививку толерантности», как правило, очень корректны. Но, если, как наша семья, прожить здесь достаточно долго, то постепенно становится понятно, что присутствие «русских» большинству здесь не очень приятно. И, конечно, прежде всего, оттого, что образ русского, сформированный вышеописанными «постсоветскими путешественниками», объективно не является привлекательным.

С некоторых пор, сперва бессознательно, я стал пытаться представлять собой образ «другого русского». Выглядеть и вести себя вменяемо, одеваться как человек, а не неандерталец, по мере сил вежливо и доброжелательно общаться с людьми — это же так просто. Строго говоря, нормальному человеку это не только не составит труда — это есть у него и так. И вот сейчас, на отдыхе в австрийских Альпах, имея возможность наконец подумать об отвлеченных вещах, захотелось поделиться этими соображениями, которые в итоге и превратились в несколько эмоциональный текст.

Какой из всего это вывод, и к чему это я? Давайте начнем формировать образ «другого русского» за границей! Оно, конечно, непросто и займет уйму времени — не один год, но, если мы хотим, чтобы, в конце концов, в мире нас воспринимали как нацию вменяемых людей, давайте начнем делать что-то для этого уже сегодня. Не будем нажираться в турецких и испанских отелях в хлам (пусть это делают немцы, у них это тоже отлично получается). Перестанем быть такими серыми и хмурыми, какими привыкли быть, станем улыбчивыми — тем более, на отдыхе. Кажется, пустяк — а мрачные, озабоченные мины — это уже почти визитная карточка наших соотечественников. Давайте выучим хотя бы несколько фраз на языке той страны, в которую едем. Ну, или, на крайний случай, будем готовы мало-мальски объясниться по-английски, а не переть на «великом и могучем» ничего не понимающим местным жителям, да еще на грани крика и с агрессивной жестикуляцией. Им же страшно… Давайте перестанем носить дешевые спортивные костюмы и начнем одеваться сами и одевать своих детей прилично. Благо, что большинство выезжающих за рубеж вполне может себе это позволить. Одним словом, давайте вести себя так, чтобы нас перестали уже воспринимать с некоторой опаской, часто неприязнью и порой — омерзением.

Пока это все, что накопилось на этот момент. Я еще буду размышлять на счет всего написанного. Может быть, стоит вообще устроить нечто вроде акции по Рунету, этакого флешмоба — «Создай образ «другого русского» за границей»? Если будут мысли на этот счет — прошу высказаться. За сим откланиваюсь.